c2aa2715

Лукьяненко Сергей - Визит



Сергей Лукьяненко
ВИЗИТ
Он спустился по западному склону Диких гор. Мимо Сухой реки, где в
клубах серой колючей пыли кружились огромные хищные рыбы. Мимо Горелых
равнин, где в чадящих асфальтовых озерах навеки завязли королевские
бронеходы. Он шел к Дому.
В лес капитан Троев вошел поздним вечером, когда лишь тускло-багровая
полоска на горизонте напоминала о прошедшем дне. Лес не имел никакого
названия -- он был просто лесом. Ведь именно в нем стоял Дом.
Огонек, мерцающий в окне, капитан заметил, выйдя на поляну. Секунду
он стоял, разглядывая едва различимый сквозь листву желтый прямоугольник.
Дом. Он дома...
Боевой комбинезон капитан скатал в тугой плотный узел. В кармане
комбинезона остались и электронный пропуск, и бумажник, и ампула с
вакциной от степной горячки. Одежду Троев спрятал в дупле самого большого
из окружавших поляну деревьев. На дне дупла нашлись просторная накидка из
серебристой ткани и мягкие мокасины, заменившие тяжелые десантные ботинки.
Лучемет, немного поколебавшись, капитан оставил себе. В сущности, это
всего лишь большая и шумная игрушка...
Он полз к Дому, путаясь в густой, мокрой от вечернего дождя траве.
Капитан вымок и устал, перемазался зеленым соком, но бревенчатые стены
Дома уже нависали над головой. Ян всегда мечтал о деревянном доме;
каменный -- это лишь укрытие от непогоды, нерожденная крепость. И здесь, в
этом лесу, он мог позволить себе настоящий Дом... Немного бравируя своей
ловкостью, он подобрался к самому окну. Широкие створки были распахнуты, и
негромкий разговор сидящих в комнате отчетливо доносился до капитана.
-- Он не придет. Он редко приходит ночью. Капитан узнал его по первым
же словам. Летчика трудно было спутать с другими обитателями Дома -- он
всегда говорил неторопливо, слегка задумчиво. Словно человек, пытающийся
что-то вспомнить или понять.
-- Но сегодня шел дождь. А вечерний дождь всегда случается перед его
приходом.
Капитан почувствовал прикосновение к лицу -- теплое, нежное, едва
уловимое. Конечно, в действительности ничего не было. Но голос Даны всегда
казался Троеву неотличимым от ее рук. Самых нежных в мире рук...
...Оранжевое пламя огнемета бьет по тонкой фигурке девушки. Секунду
она неподвижна, словно не чувствует жаркой, облепившей все тело,
обугливающей кожу смерти. Потом ломается пополам, кружится, пытаясь
вырваться из беспощадных объятий боли. Черные волосы окутаны шлейфом
красных искр. И сухой пистолетный щелчок -- выстрел милосердия...
Троев поднял лицо, вжатое в мокрую холодную траву. Подтянул ноги,
готовясь к прыжку. Мягко качнулась, роняя каскад водяных капель, задетая
ветка. -- Мне кажется... Слышали?
А это уже Шен. Он всегда был самым чутким. Молодой разведчик из
шестой повстанческой бригады...
...Десяток вакуумных мин накрывает холм, перемешивая землю, воздух,
деревья. И лазер, целых полчаса преграждающий дорогу десантникам,
замолкает...
Он прыгнул. Кувыркнувшись в воздухе, перелетел через подоконник --
тело сжато в комок, чтобы труднее было прицелиться. И мягко встал на пол
рядом с накрытым к чаю столом, среди растерянных, обрадованных, начинающих
улыбаться людей. Летчик, Дана, Шен, Старик, Утан, Арни... А в углу ярко
освещенной комнаты, на затертом диване, испуганно глядел на Троева
парнишка лет пятнадцати с нежным полудетским лицом.
-- Капитан, -- тихо, на выдохе, произнес Шен. -- Я знал, ты
прийдешь...
-- И все-таки не смог меня заметить, -- наигранно-укоряюще сказал
Троев. -- Шен, пока я отсутствую, ты отв



Назад